Глава Национальной ассоциации дистанционной торговли (НАДТ) Александр Иванов считает, что в общем объеме трансграничной интернет-торговли доля контрафакта и безналогового товара, закупаемого для последующей перепродажи вряд ли превышает 0,7%.
Глава Национальной ассоциации дистанционной торговли (НАДТ) Александр Иванов считает, что в общем объеме трансграничной интернет-торговли доля контрафакта и безналогового товара, закупаемого для последующей перепродажи вряд ли превышает 0,7%.
Такие данные А. Иванов привел в своем посте в социальной сети Facebook. По расчетам НАДТ, B2B-грузы, замаскированные под посылки для личного пользования, действительно имеют место быть среди потока трансграничных входящих отправлений в Россию. Однако, по информации А. Иванова, размеры «нелегальной» части трансграничной интернет-торговли не только незначительны, но и уменьшаются. В 2013 году таких посылок, согласно расчетам НАДТ, было 2,2%, в 14-м — 1,3%, в 15-м — ок. 0,7% от всего объема посылок и мелких пакетов из-за рубежа в Россию.
По оценке главы НАДТ, гораздо более очевидные каналы, по которому в Россию поступает контрафакт и беспошлинный товар для перепродажи малыми и средними предпринимателями, избегающими надлежащего налогообложения, — это , во-первых,»челноки», совершающие закупки в приграничных с Россией китайских городах, и во-вторых, грузовые перевозки жд и авиатранспортом, проходящие без надлежащего досмотра.
Говоря о первом из упомянутых каналов, А. Иванов отметил, что сегодня допустимая норма провоза на 1 человека оставляет 60 кг., при этом ежедневно российско-китайскую границу пересекают 3-4 тысячи таких «челноков», т.е. суммарно они могут провозить около 210 тонн груза. При этом объемы входящих отправлений по линии трансграничной интернет- торговли в день в России составляют сегодня 60-70 тонн – отметил А. Иванов.
Глава НАДТ добавил, что основной поток «нелегального» товара все же проходит по линии коммерческих грузовых перевозок – автомобильным, железнодорожным или авиатранспортом, где досматривается всего 4% груза. Из чего, заключает эксперт, следует, что основные потребители «контрафактного товара из Китая» вряд ли могут относиться к субъектам малого и среднего предпринимательства.
